АРМИЯ
Карусов
Воскресенье, 29.01.2023, 08:38


"...Цивилизация гибнет только у тех, кто сам её уничтожил.
И в этом была главная ошибка Карусов.
Они пожалели тех, кто сам уничтожил свои Миры и сам для себя ничего не стал делать, чтобы выжить на своих погибших планетах..."
 
Приветствую Вас Гость | RSS
  "Не забывайте, что за Вами стоит целая Армия людей, которым теперь надо объяснять все, что Вы поняли сами!"   [Новые сообщения · · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 10 из 10
  • «
  • 1
  • 2
  • 8
  • 9
  • 10
Форум » Тематические форумы » История » Великая Отечественная война. (Великая Отечественная война как продолжение войны 1853-1921)
Великая Отечественная война.
АлександраДата: Понедельник, 03.03.2014, 20:30 | Сообщение # 1
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 3966
Статус: Offline

Великая Отечественная война 1941 - 1945 гг.


Прикрепления: 3512324.jpg(169.8 Kb)
 
АлександраДата: Понедельник, 09.05.2022, 15:06 | Сообщение # 136
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 3966
Статус: Offline
Вечная Память.



09 мая, как 07 ноября - это не праздники, а дни национального траура по погибшим родным, в первую очередь. Для человека важна только его Семья, его родные. Всё остальное - потом. По обстоятельствам.




Ангел на заставке - это символическое изображение Bella Arm Air Kondrus Soldat or Officer in line – коренного населения захваченной советскими Bella Arm Air Kondrussian Federation, титульной нации.

Кондрус - это паспортное имя Михаила Архангела и Алексанлры Римской с Дворцовой площади и святых икон. Родословную моего Отца проверяли лично сам Сталин, НКВД и Лубянка в 1943-м году - во время ВМВ и блокады Ленинграда войсками немецко-фашистских захватчиков. Так что, с документами у меня всё в порядке. КГБ и ЦК КПСС гарантируют.




Поэтому я хорошо знаю, с кем на ПМВ + ВМВ воевали мои прадед, дед, отец, дядя и все мужчины в нашем Роду Князей Кондрус, Корпорации Офицеров Генерального Штаба Bella Arm Air Kondrus.

С красной (советской) армией, прогрессивной и либеральной. А где они там фашистов увидели? Я не знаю. Наверное, в зеркале на воровской малине. Пусть дальше прыгают со своими дедами и орут на своем еврейско-немецком (жидовском) языке по всей захваченной России:

- Кондрус! А здорово мы вам "дали"?! Можем повторить!




Это Памятники со ВМВ, которые стоят по всей планете - от народа и в честь Bella Arm Air Kondrus Soldat or Officer in line – коренного населения Bella Arm Air Kondrussian Federation, титульной нации.

А вот сталинские, хрущевские и брежневские со своими дедами были войсками немецко-фашистских захватчиков со ВМВ и блокады Ленинграда.




ИЗВИНИТЕ, НО ДРУГИХ ВРАГОВ У РОССИИ ЗА ВСЮ ИСТОРИЮ МИРА - НЕ БЫЛО. ЭТИ БЫЛИ ЕДИНСТВЕННЫМИ.
Прикрепления: 4364866.jpg(118.6 Kb) · 2571206.jpg(178.0 Kb) · 2314068.jpg(186.5 Kb) · 8615197.jpg(270.0 Kb) · 7007346.jpg(332.1 Kb)
 
АлександраДата: Среда, 22.06.2022, 16:38 | Сообщение # 137
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 3966
Статус: Offline
22 июня



Когда 9 мая смотрели мы по телевизору красочный парад в Москве, что-то вспомнился мне эпизод моего далёкого послевоенного детства…
Через несколько лет после окончания войны были отменены денежные выплаты за ордена и медали. Суммы это были по нынешним меркам, прямо скажем, мизерные, но при тогдашней бедности и они что-то значили, а ещё больше – сам факт их получения. А тут и празднование Дня Победы было отменено, да и вообще вместо новой, необычной, счастливой жизни, о которой так мечталось там, на фронте и которую прожить уцелевшим завещали миллионы их не вернувшихся с войны однополчан, всё стало на прежние рельсы. Всё так же умостились в начальственных креслах те же крепкозадые самоуверенные начальники, а фронтовики стали чувствовать себя не как в первые минуты возвращения - долгожданными счастливцами, а скорее – пятым колесом в телеге.

Вот и брякнули тогда многие своими орденами и медалями о дальние ящики стола, кое-кто их вообще отдал играться детям. Ну, орденов мне родители, ясное дело, не дали, а вот медальки «За победу над Германией» и ещё какие-то я, карапуз, навесил себе на грудь да и пошёл с важным видом гулять по коридору. Пока не пожурил меня сосед, прошедший войну с Японией (о Японии почему-то старались не упоминать), и уговорил положить на место то, что не мною было заслужено.
Сосед немного прожил после этого, как и многие настоящие фронтовики. 


Обожженные смертельным пламенем, уходили они один за одним: от старых ранений и контузий, от пережитых нечеловеческих нервных напряжений, а то и попросту спиваясь, не найдя себе места в новой, но отнюдь не доброжелательной и справедливой к ним (да и не только к ним) жизни. Безруких да безногих, кативших своё укороченное тело на паре сбитых досок с шарикоподшипниками, отталкиваясь от брусчатки деревяшками с прорезями для ладоней, с улиц подчистили, отправив в «спецсанатории». С последними из них я стакивался уже через много лет на экскурсии на о. Валаам.

Разными они были, фронтовики, но в основном люди скромные, нехвастливые ( ну разве за исключением конченных пьяниц). Трудно было из них вытянуть «геройские» рассказы об ошеломляющих подвигах – скупы они были на это, да и память ту страшную лучше было не ворошить. И не задумывались мы, мальчишки, почему, к примеру, у отца Костика Крайнего всё лицо испещрено шрамами. О том, что он – Герой, танкист, не раз в танке горевший, вспомнил я, прочтя книжку Наума Циписа «Билет до Винницы» - о людях нашей винницкой Стандартки. И о другом Герое Советского Союза, папе Галки Дикой, как-то вспомнилось только к выпускному вечеру… Они, истинные Ветераны, не блистали орденами и медалями, предпочитая скромные орденские колодки, да от тех потом отказались. Почему? Да потому что тогда ВСЕ вокруг, и старые и малые, были в той или иной мере опалены этой страшной войной – перед КЕМ кичиться орденами? Перед вдовами? Сиротами? Родителями, потерявшими своих детей? Ну, разве что перед выползшими из тылов чиновниками – да те ведь при власти, это они на тебя сверху вниз смотрят и могут в бараний рог скрутить.

Был это даже некоторый скрытый стыд фронтовиков (то, чего не понять многим ныне живущим) перед погибшими своими товарищами за выпавшее на их долю неимоверное счастье – вернуться живым! Перед их сиротами и вдовами, выплакивающими глаза по ночам, а днём рвущими последние жилы, чтобы хоть как-то прокормить этих сирот в тяжёлое, голодное время. Это уже потом на смену им пришло новое поколение запакованных в медальки юбилейные «ветеранов», истинных или справочных, отважно сражающихся за льготы и привилегии, путёвки, мебель, квартиры для себя, своих детей, а потом уже и любимых внучат. И этим уже было подумать недосуг, что пробивая дорогу своим сыновьям и дочерям они, естественно, отодвигают в сторону детей тех, кто спас их, выживших, высшей ценою – ценою собственной жизни, став землёй и травой на полях страшных сражений.



У павших в битвах привилегий нет.
Им выпало посмертно породниться
И раствориться в лучшей из планет,
Пусть лучшей – но не жить, а раствориться.

С поверхности исчезнуть навсегда
И на неё не глянуть – хоть разочек!
И вся их привилегия – беда,
Сиротство жён, их сыновей и дочек,

Оставив им в наследство боль тоски
И беззащитность в грозном стадном беге.
А лавры соберут тыловики
И будут добиваться привилегий,

Чтоб всё успеть, всё взять, всё поиметь,
А уж язык избавит от позора.
К себе героев забирает смерть,
А этим миром правят – мародёры.
Но возвращаясь в наше время – откуда такая аналогия при просмотре парадного мероприятия? Да просто показались мне эти взрослые дяденьки и тётеньки, как марширующие на площади, так и на трибунах сидящие, очень похожими на того послевоенного карапуза, который гордо вышагивал «строевым» шагом по коридору, выпятив грудь с родительскими наградами – не заслуженными им, чужими наградами.

Чему радовались эти люди, что праздновали они? Победу? Но разве это их – это чужая победа! Да, память – это прекрасно. Но тогда давайте сегодня праздновать победу предков в сражении на Неве, завтра – на Чудском озере, потом на Куликовом поле, под Синопом, взятие Сибири, изгнание Наполеона и т.д.и т.д. Деяния предков нужно уважать, гордиться. Но ведь прошло уже несколько поколений, и стояли там отнюдь не карапузы с дедовскими медальками, а взрослые люди, которым положено бы иметь СОБСТВЕННЫЕ победы, чтобы ими гордиться. А где они? Нет их! Чем им гордиться? Да нечем!



Страна, в которой они родились и жили, побеждена и разорвана на части. То, за что положили жизни десятки миллионов дедов и отцов – растоптано. Победа над фашизмом? Так вот он – шагает по Прибалтике! Вот уже, как и в 41м фашисты маршируют по Украине, распевая, как они будут вешать «москалей» на Красной площади; второй год безнаказанно расстреливают Донбасс: мужчин, детей женщин. Люди гибнут ежедневно, гибнут тысячи людей; а десятки миллионов там, на юге, затаились в рабской оккупации. В чью честь победные марши? Довольные улыбки? Участники сталинского парада в ноябре 41го прямо с Красной площади шли в бой. А куда пойдут отсюда крепкие, отутюженные ребята вместе со своей хвалёной техникой и китайскими и проч. соратниками?

У каждого поколения, как и у каждого отдельного человека, своя жизнь, свои победы и поражения, своё геройство и свой позор. За эти 70 лет не одна война прогремела над миром, слава Богу, не на нашей территории - до недавнего времени. И были и в тех войнах герои – да просто не могло их не быть у нашего народа. И сейчас есть среди нас истинные герои, которыми нам бы гордиться и примером подрастающему поколениям показывать. Может быть там, на площади вышагивают, осыпаемые с трибун цветами, героические добровольцы – ополченцы? Ведут своих ребят Гиви? Моторола? Беднов? И стоя на трибуне, растроганно отдают честь своим ребятам комбриг Мозговой? Стрелков? А каждый присутствующий вновь верит в дедовский лозунг: «Враг будет разбит, победа будет за нами!»? И Россия воспрянет, воссоединив все русские земли и восстановив былую славу? Нет? – Тогда что праздновали? Чему радовались?

И снова новый юбилей,
Которому ужасно рады:
Ну что нам весточки с полей -
Даёшь салюты и парады!

Вновь славословие и лесть,
В прихожей яркий коврик соткан,
И повод для застолья есть,
Глядишь - подешевеет водка!

И президентов погостить
Сюда пришлют чужие страны.
Букетики зажав в горсти
Тут поздравляют ветеранов,

Ну всё чудесно - как в кино!
Да только - пропито наследство,
И ветеранов нет давно,
Тех, что запомнили мы с детства,

Тех, что пришли без рук домой,
Не перемолотые боем,
Тех, кто на роликах культёй
Стоял - с протянутой рукою,

Забытый собственной страной.
Но помним мы, сыны и дочки,
Как опалённые войной
Они ушли поодиночке.

В послевоенной той золе
Всего и всякого бывало.
Чтож - им забвение в земле,
А честь и слава - генералам!

Но страшную забыв цену
(Бог с ним: кто был вторым, кто первым!)
Мы ту, спасённую страну
Пропили в 91м,

И разодрав её в куски,
С собою сами мы лукавим:
Чужие нюхаем носки,
Но всё себя за что-то славим.

И второсортные вдвойне,
Куда-то тщимся мы поныне,
А вот уже как в той войне
Фашизм идёт по Украине.

Там смертный бой, огонь и кровь,
Там города срывают танки,
А на управах виснут вновь
Желто-блакитные портянки.

Но нам всё это - трын-трава,
А если уж чего и надо,
То - юбилеи подавай
Да новую Олимпиаду!

Ну нет, конечно - всё путём,
И мы всегда готовы к бою,
Но вот в историю идём
С повёрнутою головою.

Вот снова гуси подросли
(Крылова помним мы едва ли)):
- Да наши предки Рим спасли!
А мы? А мы - страну просрали!

Источник: https://u.to/ziEzHA


Прикрепления: 8196570.jpg(82.1 Kb) · 7875604.jpg(200.2 Kb) · 5846356.jpg(94.0 Kb) · 0835893.jpg(143.2 Kb) · 6255778.jpg(435.3 Kb)
 
АлександраДата: Суббота, 23.07.2022, 15:56 | Сообщение # 138
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 3966
Статус: Offline
Зарплата красноармейцев и партизан во время ВМВ.



Деньги до людей, впрочем, доходили далеко не всегда

В книгах, фильмах, музейных экспозициях денежная сторона той страшной военной страды 1941-го–1945-го чаще всего остается «за кадром». В том числе неловко вроде рассказывать о том, кто и сколько получал в Красной Армии за подвиги, совершенные на полях сражений. Но ведь война, как бы цинично это ни звучало, - тоже работа. А, следовательно, у «работников» ее должны быть зарплаты и премии. Вот о них и пойдет речь.

Для начала отметим ориентиры для оценки тех сумм в рублях, о которых пойдет речь ниже, - масштаб цен в стране времен Великой Отечественной.

Тот продовольственный минимум, паек, который получали по карточкам, выносим за скобки. Правильнее будет ориентироваться на цены, существовавшие в военные годы на рынках и в коммерческих магазинах, где граждане могли приобрести дополнительные продукты и товары. (Согласно подсчетам специалистов, государственные цены в СССР выросли из-за начавшейся войны в 3,8 раза, а рыночные – в 13 раз.)

В разное время и в разных городах цена большой буханки хлеба колебалась от 200 до 500 рублей. Кило картошки – 90-100 рублей. Килограмм сала – 1500. Пачка хороших папирос «Казбек» - 75-80 рублей. Самая ходовая «валюта» - бутылка водки – от 300 до 800 рублей.

Еще один «уровень сравнения»: зарплаты (в среднем) тружеников в тылу.

Промышленные рабочие – 550-590 рублей в месяц. Работники «горячих» металлургических производств – 680-700 рублей. Шахтеры – 700-730. Инженер на заводе получал около 1200 рублей ежемесячно.

А теперь - о зарплатах военных, или, говоря армейским языком, о денежном их довольствии.

Рядовой красноармеец во время войны получал 17 рублей (со всеми надбавками эта сумма могла вырасти до 30 рублей). Командир пехотного взвода – 600-800 рублей. Командир роты – 900-950. Комбат – 1100… Военачальники с большими звездами на петлицах/погонах имели «сумму прописью» гораздо более весомую. Командарм ежемесячно получал порядка 3200 рублей, командующий фронтом – 4 тысячи. Внушительными были оклады у военных моряков. Например, командир подводной лодки получал 2100 рублей в месяц, командир тральщика – 1200 рублей, старшина-боцман на сторожевике – 750.

Гвардейцам – после появления гвардейских частей в РККА, - полагалась надбавка 25%.

Любопытный факт: «зарплату» получали даже «смертники» в штрафных частях. Судя по конкретным цифрам из документов, им платили полставки красноармейской: 8,5 рубля в месяц. Столь же скромная сумма «капала» и тем солдатам, которые лежали после ранения в госпиталях.

«Народным мстителям», воевавшим с гитлеровцами на оккупированных территориях, тоже полагалась зарплата. Например, командир и комиссар партизанского отряда ежемесячно получали по 750 рублей, зам. командира – 600 рублей, а командир отдельно действующей диверсионной группы - 500. Впрочем, это относилось лишь к участникам «официальных» отрядов, - тех. о которых знали на «большой земле» и которые были внесены в списки Центрального штаба партизанского движения. Вопрос, как получать зарплату, находясь во вражеском тылу, решался просто: деньги пересылали ближайшим родственникам партизана, живущим по эту сторону фронта, а при отсутствии таковых перечисляли на специальный счет, которым впоследствии мог воспользоваться этот член партизанского отряда.

У солдат и офицеров, участвующих непосредственно в боевых действиях, порой куда более серьезным подспорьем для их личного бюджета являлись премиальные.

Дело в том, что уже через полтора месяца после начала войны советское руководство стало вводить систему денежных вознаграждений, которые наряду с орденами и медалями должны были стать средством поощрения воинов за проявленные ими героизм и самоотверженность.




Первый документ на сей счет был подписан Сталиным 8 августа 1941 года, - приказ о денежном поощрении летчиков дальней авиации Балтфлота, принимавших участие в только что завершившемся первом налете на Берлин. «Выдать каждому члену экипажа, участвовавшего в полете, по 2 тысячи рублей. И впредь установить, что каждому члену экипажа, сбросившему бомбы на Берлин, выдавать по 2 тысячи рублей». Впоследствии такими поощрительными выплатами премировали также экипажи бомбардировщиков за успешно проведенную бомбардировку столиц некоторых других союзных Гитлеру государств – Будапешта, Бухареста, Хельсинки.

Через несколько дней, 19 августа Верховный главнокомандующий подписал другой приказ – «О порядке вознаграждения летного состава Военно-Воздушных сил Красной Армии…», согласно которому вводилась система денежных вознаграждений для всех экипажей ВВС. Помимо премии в тысячу рублей за каждый сбитый самолет противника, предусматривались и другие случаи премирования. Например, за 5 успешных боевых вылетов летчик-истребитель получал 1500 рублей. За 15 таких вылетов, сопровождавшихся нанесением ущерба технике и живой силе неприятеля, полагалось уже 2 тысячи рублей и представление к награде. Сделал 25 вылетов – получай 3 тысячи и вторую правительственную награду… Отдельные «тарифы» были предусмотрены для летчиков бомбардировочной и штурмовой авиации.

Поощрялась и безаварийная работа в воздухе. За каждые 100 полетов, совершенных без ЧП (боевые повреждения – не в счет), летчику полагался «бонус» в 5000 рублей.

Поначалу премия за сбитые вражеские самолеты была единой: каждый «стоил» 1000 рублей. Однако позднее, 17 июня 1942 года, вышел приказ которым вводился новый «прейскурант» для советских летчиков: за сбитый бомбардировщик 2000 рублей, за транспортный самолет – 1500 рублей, за истребитель 1000. На первый взгляд, странная градация. Но в документе давалось разъяснение: мол, наши «сталинские соколы» атакуют в небе первым делом вражеские истребители, а уже потом, справившись с ними, пытаются разобраться с бомбардировщиками. Но именно эти машины несут основную угрозу для наземных целей, могут уничтожить своими бомбами боевые позиции, стратегические объекты, солдат и мирных жителей. Поэтому нужно, чтобы главной целью наших истребитеплей стали именно бомбардировщики врага, а для этого вводится на них «повышенный тариф». Тем же приказом узаконили новые критерии представления летчиков к заванию Героя Советского Союза (тоже стимулирующие большше охотиться за вражескими «бомберами»): Золотую Звезду можно получить, сбив в бою 10 вражеских истребителей или 5 бомбардировщиков.

Следующие изменения в «прайс-лист» для летчиков были внесены «Положением о наградах и премиях для личного состава…», подписанным в конце сентября 1943 года командующим ВВС РККА маршалом авиации Новиковым. Теперь за уничтоженные в воздухе самые «вредоносные» типы самолетов врага – бомбардировщики, транспортники, разведчики, - можно было получить полторы тысячи рублей, а за истребители – все ту же тысячу. Отдельной строкой обозначили цену уничтожения железнодорожного транспорта на земле: за один разбитый в прах паровоз или разгромленный и сошедший с рельсов состав летчику и штурману полагалось по 750 рублей, если в экипаже был еще и борт-стрелок, ему платили 500.

Отдельные нормы предусматривались для морских летчиков. Если экипажу торпедоносца повезло потопить подводную лодку, его командир и штурман получали по 10 тысяч, а радист и стрелок – по 2500. Каждый отправленный на дно вражеский транспорт стоил тем же членам экипажа соответственно три и одну тысячу, сторожевик – 2000 и 500 рублей. (Позднее подобные же премии назначили и нашим морякам. За потопленную субмарину или эсминец командиру и штурману боевого корабля причиталось по 10 тысяч, а остальным членам экипажа – по 2500, за транспорт – соответственно по три и по одной тысяче…)

Следующими после летчиков в списке премируемых за военные заслуги оказались десантники. 29 августа 1941 года Сталин подписал приказ «Об улучшении руководства воздушно-десантными войсками Красной Армии». Отныне за каждую успешную десантную операцию командный состав подразделения получал премию в размере месячного оклада, а рядовые по 500 рублей.

За подбитые немецкие танки стали поощрять рублем летом 1942-го, соответствующий приказ вышел 1 июля. Заработать отныне могли наши танкисты, артиллеристы и пехотинцы. В частности, командир и наводчик орудия, которое произвело меткий выстрел по вражеской бронированной машине, получали по 500 рублей, а остальные члены орудийного расчета – по 200.

Год спуся, 24 июня 1943-го (как раз незадолго до начала битвы на Курской дуге) вступило в силу новое распоряжение - «Приказ о поощрении бойцов и командиров за боевую работу по уничтожению танков противника». Каждому красноармейцу или офицеру, сумевшему вывести из строя вражеский танк гранатой или бутылкой с зажигательной смесью, полагалась премия в 1000 рублей. Если же бронированное чудовище удалось «стреножить» усилиями целой группы бойцов, тогда им всем полагалось разделить между собой сумму в полторы тысячи рублей. Наши танкисты, добившись победы над вражеской машиной, получали по 500 рублей на каждого члена экипажа за исключением заряжающего и стрелка-радиста, тем полагалось лишь 200. У бронебойщиков, подбивших танк, первый номер расчета противотанкового ружья получал 500 рублей, его второй номер – 250.

Впрочем куда более прибыльным делом по воле армейского начальства было не уничтожение вражеских танков, а спасение своих. 7 мая 1942 года заместитель наркома обороны подписал приказ «О введении денежных наград за эвакуацию танков…» Им предусматривались поощрения за каждую единицу бронетехники, вытащенную в тыл для ремонта с нейтральной полосы или даже с территории уже отданной противннику. Бригада техников, которая выполняла столь непростое заданиие, могла получить: за тяжелый КВ-1 – 5000 рублей, за Т-34 – 2000 рублей, за легкий Т-60 – 500 рублей.

Также ввели премии за ударную работу по ремонту военной техники. 25 февраля 1942 года появился приказ «О премировании личного состава автобронетанковых ремонтных частей за быстрый и качественный ремонт танков». Правда, суммы здесь фигурировали куда более скромные. Например, за средний ремонт КВ бригаде выдавали 800 рублей, за средний ремонт Т-34 – 500 рублей… Существовало любопытное дополнение в документе: с каждой такой премиальной суммы 5% следовало отдать командиру и замполиту ремонтной базы.

Эффективное восстановление поврежденной артиллерии и стрелкового оружия премировалось еще менее щедро. Средний ремонт крупнокалиберного орудия добавлял бригаде ремонтников лишь 200 рублей, зенитка «стоила» 150, «сорокапятка» - 30. За быстрое приведение в порядок вышедшего из строя пулемета «Максим» премировали 20 рублями, за ремонт автомата давали премию 10 рублей, за винтовку – 2 рубля.

А как же наши самолеты? – Их качественный ремонт, конечно, тоже вознаграждался денежным «бонусом», а еще умельцев-техников премировали за безотказность работы двигателя, приборов и систем управления, бортового вооружения. Личному составу наземных технических служб за каждый «ястребок», поврежденный в бою и быстро отремонтированный, назначалась премия 500 рублей (на всю бригаду). Если, благодаря проводимой тщательной профилактике самолет без отказов всей его техники сумел совершить сто вылетов, мастера получали материальное поощрение в 3 тысячи рублей.

Как это ни покажется странным, но отдельных денежных премий за уничтожение живой силы противника в годы войны у нас не существовало. Даже снайперы советские, выбивая меткими выстрелами гитлеровских офицеров и солдат, не получали за это никаких прибавок к своему денежному довольствию (а оно определялось воинским званием).

Куда шли заработанные в смертельно опасных условиях войны деньги – должностные оклады и премиальные?

Сразу следует оговориться, что периодически поощрительнные суммы за уничтоженную вражескую технику или за ударный ремонт своей техники до солдат и офицеров не доходили. В суматохе боев, в потоке смертей, начфины полков, батарей, ремонтных баз не успевали уследить за всеми успехами своих однополчан и оформить соответствующие финансовые ведомости.

Многие командиры и даже красноармейцы переводили накопленные суммы в тыл, своим семьям. Что-то из честно заработанного они тратили на собственные нужды. Делали, например, покупки в автолавках Военторга, которые в период затишья приезжали даже на передовую линию. Вот стандартный ассортимент такого армейского «магазина на колесах»: конверты с бумагой, открытки, карандаши, кисточки и лезвия для бритья, мыло, зубной порошок и зубные щетки, расчески, зеркала карманные, трубки и мундштуки, папиросы, кисеты, нитки, иголки, крючки, петлицы и пуговицы, погоны, звездочки и эмблемы… Можно было купить и что-нибудь «для употребления вовнутрь» - конфеты шоколадные (в среднем один килограмм - 20 рублей), колбаса полукопченая (17,50 за кило), водка (11,50 за поллитра)…

Была у фронтовиков еще одна – и весьма серьезная, - статья расходов. Часть своего денежного довольствия и премиальных они "добровольно-принудительно" отдавали в Фонд обороны, а также на приобретение облигаций Государственного займа, который также был организован Наркоматом финансов ради получения средств на военные нужды.

Авторы: АЛЕКСАНДР ДОБРОВОЛЬСКИЙ

Источник 
_______________
Прикрепления: 7533081.jpg(26.2 Kb) · 0758388.jpg(121.7 Kb)
 
АлександраДата: Среда, 30.11.2022, 18:54 | Сообщение # 139
Генералиссимус
Группа: Администраторы
Сообщений: 3966
Статус: Offline
"Военнослужащие не смогут использовать получаемую валюту".



Рузвельт и Черчилль, предлагая в Тегеране выпуск оккупационных марок для Германии, не предполагали, как Сталин будет использовать их начинание
Фото: IWM via Getty Images


Евгений Жирнов

Как верховный главнокомандующий подвиг армию к самоснабжению

4 ноября 1944 года Государственный комитет обороны приказал финансировать войска, вступившие на территорию Германии, оккупационными М-марками. Выпускать их решили на Тегеранской конференции. Но в правилах их использования Красной армией были пункты, приведшие к серьезным последствиям, о которых России напоминают до сих пор.

"Одна марка равна 50 коп."

Вопрос о том, какие деньги будут использоваться в побежденной Германии, на фоне всех важнейших дел, обсуждавшихся Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем в ноябре 1943 года в Тегеране, выглядел несколько преждевременным, но вполне закономерным. Оккупационные деньги появились еще в XIX веке. Формально для того, чтобы оккупирующая держава (и это было закреплено в Гаагской конвенции 1907 года "О законах и обычаях сухопутной войны") смогла наладить финансовую систему побежденной страны. Но скептики указывали на Франко-прусскую войну 1870-1871 годов, Японо-китайскую войну 1894-1895 годов и на оккупацию Германией западной части СССР как на примеры ограбления подконтрольного населения без применения насилия. Ведь оккупационные деньги, на которые для армии-победительницы закупалось все необходимое, ничем не обеспечивались и стоили немногим больше бумаги, на которой были напечатаны.

Прием германской валюты, а также военных марок во вклады не производится

Введение межсоюзнических или М-марок для побежденной Германии первоначально преследовало иную цель: с помощью общих денег сохранить единство экономической жизни страны, которую разделят на оккупационные зоны. Клише новых купюр изготовили в Соединенных Штатах и передали союзникам. На фабрике Гознака напечатали военные марки и еще до вступления Красной армии на территорию Германии подготовили проект постановления Государственного комитета обороны (ГОКО) о выпуске их в обращение. В утвержденном 4 ноября 1944 года документе говорилось:

"1. Для финансирования частей Красной Армии на территории Германии, наряду с использованием местной валюты, выпустить в обращение расчетные денежные знаки Командования союзных армий, выраженные в марках (военные марки — "М-марки"). Советская валюта — рубль — в обращение на территории Германии не выпускается и хождения не имеет.

2. Военные марки выпускаются в обращение по соотношению: одна военная марка равна одной рейхсмарке, и по этому соотношению обязательны к приему по всем платежам и расчетам.

3. Военнослужащим Красной Армии за время пребывания на территории Германии установить оклады денежного содержания в двойном размере и полевые деньги в размерах, предусмотренных постановлением СНК СССР от 25 июня 1941 г. за N 1753-759сс.

Денежное содержание военнослужащим выплачивать в рейхсмарках или в военных марках в следующих размерах:

а) получающим основные оклады свыше 75 рублей в месяц и полевые деньги в размере 25% оклада — не менее суммы оклада и полевых денег;

б) получающим основные оклады от 40 рублей до 75 рублей в месяц и полевые деньги в размере 50% оклада — не менее суммы оклада и полевых денег;

в) получающим основные оклады до 40 рублей в месяц и полевые деньги в размере 100% оклада — оклад в двойном размере и полевые деньги.

4. Причитающееся военнослужащим, находящимся на территории Германии, денежное содержание в советских рублях зачисляется во вклады в полевые учреждения Госбанка или по желанию военнослужащих переводится в Советский Союз.

5. Выплата денежного содержания военнослужащим на территории Германии в рейхсмарках или военных марках производится по соотношению: одна марка равна 50 коп.

6. Стоимость всех реквизируемых или покупаемых для нужд Красной Армии предметов потребления и промышленных товаров оплачивается в рейхсмарках или военных марках по ценам, устанавливаемым Советским Военным Командованием".

Но для бойцов и командиров Красной армии намного более важными были два последних пункта постановления:

"7. Полевые учреждения Госбанка выдают суммы вкладов, внесенных как на территории Германии, так и на территории СССР, без ограничения. Выдача вкладов производится в германской валюте и военных марках по установленному соотношению. Прием германской валюты, а также военных марок во вклады не производится.

8. Ввоз на территорию Германии советской валюты запрещается. Советская валюта, имеющаяся в воинских частях, учреждениях и организациях Красной Армии, подлежит обязательной сдаче в полевые учреждения Госбанка, а находящаяся у военнослужащих подлежит по их желанию обмену на рейхсмарки или военные марки по установленному соотношению, зачислению во вклады или переводу в СССР".

По сути, это означало, что полученные в Германии М-марки нужно было потратить там же. Обменять их на рубли было невозможно никаким способом, что значительно снижало затраты бюджета на содержание армии. Но проблема заключалась в том, что на М-марки ничего нельзя было купить.

"Немецкие марки никому не нужны"



М-марки имели дизайн американских долларов, но для советских бойцов и командиров не имели никакой ценности
Фото: wikimedia.org

Немцы массово уходили на запад вместе со своей отступающей армией, и в оставленных ими городах и селах было много брошенных владельцами предприятий, складов, магазинов и домов с разнообразным имуществом. Естественно, никакой официальной торговли там не было и быть не могло. М-марки нельзя было потратить и в торговых точках "Военторга", поскольку там из-за неожиданно возникшей задержки поставок товаров был довольно скудный ассортимент.

Командующий 1-м Белорусским фронтом маршал Г. К. Жуков и руководивший политработой и снабжением фронта генерал-лейтенант К. Ф. Телегин попытались найти выход из ситуации. 28 февраля 1945 года Военный совет фронта принял постановление, в котором говорилось:

"В результате успешного продвижения войсками фронта захвачено большое количество трофеев. Учитывая, что на Территории Западной Польши, как и в Германии, возможность заготовок (закупа) промышленных и продовольственных товаров почти совершенно исключена, а наличие трофеев позволяет в основном по большинству видов товаро-продуктов обеспечить потребность Военторга фронта как для торговли, так и для общественного питания

Военный Совет фронта постановляет:

1. Отказаться по линии Военторга от завоза из СССР товаро-продуктов централизованных фондов, за исключением: табачных изделий, знаков различий, планок, петлиц, орденских лент, мыла, одеколона, литературы.

2. Заместителю Начальника Тыла фронта генерал-майору тов. Жижину

а) привлекать в случае необходимости Военторг фронта и армий к выявлению, учету и организации охраны трофейного имущества своей номенклатуры с последующим решением вопроса о их использовании Военным Советом фронта;

б) разрешить выдачу из захваченного трофейного народнохозяйственного имущества для отоваривания промкарточек и для общественного питания продовольствия и промышленных товаров, согласно прилагаемых при этом заявок.

3. Представленный начальником Военторга фронта подполковником Кашириным расчет норм на дополнительное питание в столовых Военторга — утвердить".

Сложность заключалась в том, что осенью 1944 года Наркомат государственного контроля СССР обнаружил злоупотребления при использовании трофейного имущества, о которых в постановлении ГОКО от 1 декабря 1944 года говорилось:

"Проверкой установлено:

а) в июле-октябре с. г. на центральный материальный склад Главного Интендантского Управления Красной Армии было завезено из Румынии до 300 вагонов мебели, музыкальных инструментов и других предметов. О вывозе указанного имущества самовольно, не имея на то разрешения, дал указание начальник Тыла Красной Армии т. Хрулев;

б) Начальник Тыла Красной Армии т. Хрулев и начальник Главного Интендантского Управления т. Драчев вместо того, чтобы позаботиться об обеспечении мебелью нуждающихся офицеров и генералов и организованно выдать им эту мебель из трофейного имущества, начали самовольно, в виде подачек, раздавать мебель и даже продавать ее по завышенным и никем не утвержденным ценам".

В результате любые действия с трофейным имуществом без разрешения ГОКО и правительства категорически запрещались. О чем тогда же известили Военные советы фронтов. По всей видимости, Военный совет 1-го Белорусского фронта рассчитывал, что решению вопроса поспособствует особое отношение Сталина к его заместителю — маршалу Жукову. Но результат оказался противоположным ожидаемому. Поставки Военторгу фронта, как и просил Военный совет, прекратились. А по поводу трофеев ни разрешения, ни отказа не пришло. Так что у бойцов и командиров продолжали копиться бесполезные М-марки.

Месяц спустя, 30 марта 1945 года, начальник отдела военной цензуры НКГБ 1-го Белорусского фронта подполковник госбезопасности Хасин докладывал Военному совету фронта:

"Доношу, что в течение марта м-ца с. г. из писем отдельных воинских частей вверенного Вам фронта выявлено 531 сообщение о том, что получаемую немецкими знаками часть жалования военнослужащие не могут пересылать родным и расходовать для личных потребностей.

Выписки из отдельных писем привожу:

Отправитель: ТЕРНОВ М. Г. — 733 стрелковый полк,

Получатель: БЕХТЕВА М. Х. — Рязанская обл., г. Лебедянь, Стрелецко-Задонская слобода, дом 97.

"...Теперь я тебе должен сообщить очень неприятную для тебя новость — нам сейчас выплачивают зарплату немецкими марками, которые никому не нужны, и они не принимаются к отправке в Россию, и здесь на них купить ничего нельзя. Если в Польше я польские деньги менял товарищам, которые покупали на них хоть водку, то сейчас немецкие марки никому не нужны. И вот теперь тебе будет конечно, плохо, ты только сможешь от меня иметь деньги по аттестату. Денег у меня будет куча, но они бесполезны. Это обстоятельство меня очень нервирует, но сделать ничего не могу". 18.III.45 г.".

"Доставляются лично отправителем"



Большое количество трофеев позволяло наполнить торговые точки Военторга товарами, но так распорядиться госсобственностью не позволял верховный главнокомандующий
Фото: РГАКФД/Росинформ, Коммерсантъ

Однако разрешение ГОКО на использование трофейного имущества так и не приходило, и 23 апреля 1945 года генерал-лейтенант Телегин писал кандидату в члены Политбюро ЦК ВКП(б) и члену ГОКО Г. М. Маленкову:

"Учитывая, что на территории Германии еще, видимо, не скоро восстановится торговля и военнослужащие не смогут использовать получаемую иностранную валюту в марках, считаю необходимым, в целях создания реальных условий для использования получаемой зарплаты провести следующее:

1. Разрешить выплату полевых денег к основному окладу, не в иностранной валюте, а в советских рублях, что даст возможность офицерскому составу оказать дополнительную материальную помощь семье, путем перевода на родину денег по почте.

2. Разрешить передачу системе Военторга для реализации генеральскому и офицерскому составу за плату собираемого войсковыми частями и комендантами брошенного немцами в домах имущества (одежда, обувь, посуда, бытовые электроприборы и другое).

3. Ускорить решение вопросов, ранее выдвинутых и представленных ГОКО в постановлении Военного Совета N0024 от 28 февраля 1945 года в части продажи через Военторг генеральскому и офицерскому составу трофейных товаров".

Но ответом на его просьбы стала измененная ГОКО система отправки посылок военнослужащих в тыл. Первый ее вариант, действовавший с 23 декабря 1944 года, предусматривал, что отправить посылку домой может далеко не каждый красноармеец. Требовалось разрешение командира, и ограничивался круг разрешенных к пересылке товаров:

"Посылки из подразделений и частей на военно-почтовую станцию доставляются лично отправителем (красноармейцы, сержанты и офицеры) и принимаются к отправке при наличии разрешения командира части, соединения или руководителя соответствующего военного учреждения. Посылки предъявляются в открытом виде, содержимое их проверяется приемщиком военно-почтовой станции; после проверки посылка окончательно упаковывается и опечатывается военно-почтовой станцией".

Но затем Сталин подписал постановление ГОКО, разрешавшее отправлять посылки всем фронтовикам:

"Обязать командиров каждой отдельной воинской части назначить приказом по части по одному сержанту или младшему офицеру, в обязанности которых вменить прием посылок в части, контроль за содержимым посылок и доставку их на военно-почтовые станции... Разрешить военно-почтовым станциям соединений принимать посылки без осмотра вложения, в окончательно упакованном виде".

Для перевозки посылок дополнительно сформировали 11 почтовых поездов по пятнадцать вагонов. А на каждом фронте — автороту из 50 грузовиков. Для отправки посылками было выделено различное трофейное имущество и сахар. Однако выдача трофеев конкретному военнослужащему зависела от воли его командиров. А помогать семьям хотели все. Так что бойцов и командиров, по сути, подтолкнули к самоснабжению. Вот только любую акцию такого рода всегда легче начать, чем прекратить.

Журнал "Коммерсантъ Власть" №23 от 13.06.2016, стр. 40
Авторы: Евгений Жирнов

Источник

***

Неосуществленный эскизный проект денежного знака Командования Красной Армии, предназначенного для обращения на территории Германии, номиналом 20 рейхсмарок. Художник И. И. Дубасов. 1943 год.




Источник
Прикрепления: 4251476.jpg(72.9 Kb) · 9981001.jpg(183.7 Kb) · 4512902.jpg(85.6 Kb) · 3098779.jpg(767.1 Kb)
 
Форум » Тематические форумы » История » Великая Отечественная война. (Великая Отечественная война как продолжение войны 1853-1921)
  • Страница 10 из 10
  • «
  • 1
  • 2
  • 8
  • 9
  • 10
Поиск:

Архангел МихаилВойна на НебеОбстрелКак погибла СпартаГеоргий Победоносец

Copyright Сандра Римская © 2013 - 2023