АРМИЯ
Карусов
Суббота, 13.08.2022, 18:45


"...Цивилизация гибнет только у тех, кто сам её уничтожил.
И в этом была главная ошибка Карусов.
Они пожалели тех, кто сам уничтожил свои Миры и сам для себя ничего не стал делать, чтобы выжить на своих погибших планетах..."
 
Приветствую Вас Гость | RSS
Форма входа

Меню сайта
Категории раздела
Общая история [9]
Искусство [2]

Поиск

Календарь
«  Июль 2022  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Архив статей

Обновления на сайте

Последние сообщения на форуме: 

  • 13.08.2022 История Франции и ее столицы Париж - Лютеция.
  • 13.08.2022 Творческая интеллигенция
  • 10.08.2022 Моя личная История.
  • 06.08.2022 Армия Карусов
  • 05.08.2022 Интересное, познавательное
  • 02.08.2022 Предложения, идеи и благодарности.
  • 23.07.2022 Великая Отечественная война.
  • 23.07.2022 Юмор и История
  • 23.07.2022 Первая Мировая, Революция и Гражданская война
  • 23.07.2022 Эльстоны-Сумароковы-Юсуповы-Виндзоры
  • Последние комментарии: 

  • 07.08.2022 Конфетки-бараночки... Часть 2.
    10:32 - Иришка
  • 06.08.2022 Конфетки-бараночки... Часть 2.
    14:48 - Александра
  • 06.08.2022 Конфетки-бараночки... Часть 2.
    14:46 - Александра
  • 06.08.2022 Конфетки-бараночки... Часть 2.
    14:43 - Александра
  • 06.08.2022 С Предательством евреев и славян, крестьян советских!
    13:32 - Александра
  • 05.08.2022 Почему не было никаких «древностей» и «средних веков»?
    15:02 - Eltara
  • 31.07.2022 Чашечки.
    16:57 - Электрон
  • 27.07.2022 Как переписывалась история захваченной Руси. Казаки и предатели.
    17:52 - s-natali
  • 27.07.2022 Roma = Романовы, Армия = Мир, Рим. Часть 2.
    11:40 - Margarita
  • 26.07.2022 Roma = Романовы, Армия = Мир, Рим. Часть 2.
    23:56 - imstre8252
  • 26.07.2022 Roma = Романовы, Армия = Мир, Рим. Часть 2.
    23:56 - imstre8252
  • 26.07.2022 Roma = Романовы, Армия = Мир, Рим. Часть 2.
    20:31 - tdn050175
  • 26.07.2022 Roma = Романовы, Армия = Мир, Рим. Часть 3.
    20:22 - tdn050175
  • 23.07.2022 Красный граф Николай Эльстон-Сумароков, князь Юсупов. Часть 2.
    09:27 - Александра
  • 23.07.2022 Красный граф Николай Эльстон-Сумароков, князь Юсупов. Часть 2.
    09:24 - Александра
  • 18.07.2022 Почему не было никаких «древностей» и «средних веков»?
    19:15 - Sandra-Rimskaya
  • 17.07.2022 Хиросима. 1946 год. Япония.
    08:16 - Александра
  • 16.07.2022 Звёздные форты по всей планете.
    08:50 - Александра
  • 14.07.2022 Почему не было никаких «древностей» и «средних веков»?
    19:53 - Электрон
  • 10.07.2022 Ответы на вопросы. Первичный язык - английский язык.
    20:31 - Александра
  • Последние фотографии в Фотоальбомах: 

  • Япония - Хиросима. 1946 год. Япония.
  • США - Detroit, Michigan in 1882 and 2017.
  • Архитектура и Интерьер - Саутваркский собор (Southwark Cathedral), Лондон.
  • Последние файлы и книги: 

    Материалов за текущий период нет.

    Последние видео в Кинозале: 

  • 1895 Firefighter Helmet Restoration
  • Мастер и Маргарита - самая полная версия. 1994 год.
  • ТАЙНАЯ ИСТОРИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА! ВОЛОСЫ ДЫБОМ
  • Последние статьи в Авторском блоге: 

  • Дневник моей бабушки. Послевоенное время. 2ч
  • Дневник моей бабушки. Послевоенное время. ч.1
  • Странности в семейных фотографиях и жизни
  • Последние статьи в Генеалогическом древе: 


    Наш опрос
    Как я читаю статьи Сандры Римской
    1. Статьи читаю, сопоставляю факты и пытаюсь САМ СЕБЕ доказать реальную Историю Армии Карусов.
    2. Все прочитал, все понял, сам себе все доказал и рассказываю реальную Историю Армии своим друзьям.
    3. Читаю статьи. Определенно могу сказать, что История Армии Карусов достойна того, чтобы ее знали все.
    4. Помогаю Александре собирать материал, доказывающий реальную Историю Армии Карусов.
    5. КАТЕГОРИЧЕСКИ отказываюсь читать статьи, но участвовать в обсуждениях на форуме, в комментариях БУДУ!
    6. Хотя на сайте не обсуждается официальная история, но я буду её отстаивать.
    7. Прочитал 5-10 статей. Попрошу Александру пересказать краткое содержание остальных статей.
    8. Статьи читаю, но НЕ ВЕРЮ! Необходимо ДОКАЗАТЬ! Сам искать факты и размышлять не буду.
    Всего ответов: 31

    Ошибка в тексте?

    Выделите ошибку мышкой и нажмите CTRL+ENTER 

    Система Orphus


    Главная » 2022 » Июль » 21 » Дневник моей бабушки. Послевоенное время. ч.1
    19:01
    Дневник моей бабушки. Послевоенное время. ч.1
    Комментарий от меня:
    Мою бабушку зовут по паспорту Фабрицкая Елена Степановна. Настоящее имя Фабрициус Хелена. По паспорту рождена в 1924г, в реальности годом больше или меньше (не помню), умерла в возрасте 93 лет.
    В дневнике рассказывается о ее трех детях, одна из них Ирина, моя мама. Все ее дети живы по сей день. Я родилась и живу на Сахалине, куда уехала моя бабушка и где родилась моя мама.
    Мне известно, что семья бабушки до революции была очень состоятельной с корнями уходящими в Польшу или западную Украину. Бабушка всегда говорила, что в ней течет еврейская кровь, но что это значит не объясняла, а я и не спрашивала. Мама тоже не знает. Бабушка всегда выглядела моложе своих лет, как и моя мама и я. Она всегда следила за своей внешностью, ничего "старческого" никогда не носила. Была образована и жила по совести. Работала до глубокой старости.
    Вспомнила, что у мамы моей бабушки было образование 4 класса церковно-приходской школы.




    Первый дневник мой «Взгляд на жизнь»


    Воспоминания о далекой юности,
    но больше напоминает СЕМЕЙНУЮ САГУ

    Далекие мои года, несу их в своем сердце…
    Не стараюсь свою собственную жизнь вычеркнуть из прожитой жизни.


    СУДЬБА


    Не все от нас зависит, есть силы, которые нами руководят…. Все расписано на небесах. Никому не суждено перейти свою черту предначертания. Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой…

    Здесь только цифры, даты, факты.
    Пишу от себя, а поэтому прошу простить за своенравный стиль написания.

    Январь, 1947 год
    После получения новых паспортов в 1946 году в наших документах все изменилось. При немецкой оккупации никто не интересовался и не требовал документов от населения. Ранее имевшую церковную метрическую запись по новому теперь называли «Свидетельство о рождении».
    Изменились и наши имена, притом на русские. Благодаря деду Юхимко носили ему желанные имена. Главное исчез немецкий штамп в паспорте «Житель оккупационной территории».
    О семье. Моя мама – Фабрицкая Аксинья Гавриловна, в девичестве Королева. Старшие сестры – Пана, 1912 года рождения и Нина, 1915 года рождения. Брат – Михаил, 1910 года рождения.
    После того, как отец ушел из семьи в 1923 году, сестра Пана ушла по приглашению отца к нему. Спустя много лет, я узнала, что брат Михаил хотел застрелить отца. Но как он сам говорил: «Под рукой не оказалось оружия. К посторонним стыдно было обращаться».
    Мой отец «под грифом секретности» (близкие из семьи, его брат и сестра старались не распространяться). Даже лежала печать «Вето» - как однажды сказал его брат Терентий при совместной поездке в Ростов в 1944 году.
    Вот такое было время, боялись сказать лишнего слова… Надолго останутся в памяти времена Сталина, Ежова, Берии.
    Карточная система не оправдала себя. На каждого взрослого человека выдавали по 450 грамм хлеба, детям – по 150 граммов. Но карточки оставались неотоваренными в большинстве случаев. Власть на местах оказывала материальную помощь многодетным семьям и грудным детям. В станице умерло и продолжало умирать очень много людей, особенно преклонного возрасти и те, кто перенес страшный голод. Умирали дети. Моя семья рисковала переехать на жительство в более хлебные края: Ставрополь, Сальск, Краснодар. Но сестра Пана, находясь в Хабаровске, не одобряла план переезда. Помогала как могла. Часто высылала посылки. Получая муку, мясные консервы, рыбу, крупы, масло, сгущенное молоко, мы делились со всеми родственниками. Особенно, невесткой (женой брата), у которой было трое сынишек-малолеток. Все то, что Пана получала, как спецпаек партработника, она почти все высылала нам. А мы летом высылали ей яблоки. До сих пор помню, как мы с мамой каждое яблоко заворачивали в плотную бумагу, и они целехонькие доходили.
    Станица стоит в развалинах после бомбежек. На ремонт и новое строительство нет средств. Благо, что наш флигель не пострадал. В районе 117 школ, половина отремонтирована кое-как. Начала работать прокуратура, органы НКВД, суд. Из Ростова прибыли кадры для работы в этих структурах. Начались активные работы с немецкими приспешниками, то есть с теми, кто активно помогал немцам в оккупацию. Комиссия находила у этих людей большие запасы продовольствия барахла и всего прочего. Все это было добротно спрятано. Были найдены немецкие марки и румынские леи. Дети этих семей не могли спокойно ходить в школу или выходить на улицу, им вслед кричали: «Немецкие прихвостни!». Ненависть была огромная. Многие из них уезжали за пределы области, бросая все.

    Мне вспоминается 1933 год
    Тогда прятало свое добро кулачье – враги Советской власти. Мне было 8 лет. До сих пор помню, как заседал в нашей квартире комсод (Комиссия содействия). В этой комиссии работал брат Миша. Однажды вечером, когда он возвращался домой от друзей, в него стреляли. Это был ярый кулак Столбов, противник Советов, у него забрали зерно, муку и многое другое. В станице его боялись, даже днем под полой своей одежды он носил немецкий браунинг.

    Ростовская шахта в те годы мало добывала угля. Лучший в мире уголь – антрацит, стал на равнее с золотом. Шахта была взорвана немцами при отступлении. Идет ее восстановление, но очень медленно, потому что нет специалистов. К голоду немного привыкли, к холоду – никак. Голодным людям хотя бы уюта в теплой избе. На дрова шло все: старые постройки, сараи, оградки, кресты кладбищенские… И этим топились русские печи с лежанками, на которых так любили спать в больших семьях дети и старики.

    29 января, 1947 год
    Началась активная подготовка к выборам в местные Советы ССР – первые после войны. Последние выборы были в 1937 году. Верховным Советом ССР выборы были назначены на 21 февраля. Райком комсомола в лице секретаря Сары Федоровны Дробот внесла несколько человек из числа комсомольцев для регистрации кандидатов в депутаты. Моя кандидатура была внесена в список по Герценскому участку № 9. Снова много работы. Я агитатор на 2-х избирательных участках. Собирался народ в какой-нибудь квартире, агитаторы проводили агитационную работу по изучению Положения избирательной системы выборов СССР. На моем участке народ активный, агитировать не приходилось. Шли целыми семьями, не расходились до позднего времени, кто-то жертвовал личным патефоном. Пели военные песни и с горечью и болью в сердце вспоминали войну.

    Февраль, 1947 год
    Зима на исходе, снег стаял, начиналась весенняя погода. Распутье на дорогах, к ближайшей станции не пробиться. Выехать в Ростов – целая проблема. Транспорт весь еще в ремонте, довоенные Эмки у богатых стоят на приколе, но и на них не доберешься до самой ближайшей станции Котельниково. К Дубовой и Зимовникам вообще дороги нет. В то время дороги вообще не ремонтировались. Многие станичники добирались пешком (расстояние 100 км).

    9 февраля, 1947 год
    Получаю письмо от Васлана из Германии. Его отпуск с выездом в Союз в конце года. Возможно с переводом. Желание было ответить без промедления, но воздержалась. О письме поделилась с Верой К. Но как всегда молчание… Ушли в кинотеатр, смотрели «Семеро смелых» Сергея Герасимова. За декаду я получила письма от Шурочки П. и Димы Королева. Почта работает на славу, чувствуется, наступило мирное время. А в сердцах, моих близких и моем, не совсем радостное настроенье, даже можно сказать тревожное.

    17 февраля, 1947 год
    Последний сбор агитаторов избирательных участков, а также председателей и секретарей комиссии по выборам. В самом большом классе средней школы № 6 собралось много участников комиссии и начальства. Класс не узнать. На окнах красивые шторы, кабины обтянуты кумачом (красный ситец), столы под зеленым сукном, урны под красной материей, горшки с множеством разнообразных цветов. Комиссия из райкома партии оценила работу агитаторов в убранстве участка на высший бал.
    Председатель комиссии в шутку сказал: «Ставлю твердую пятерку!»
    «Спать сегодня буду целые сутки», - ответила я. Уж очень ответственная работа была, перед начальством не пришлось краснеть. Я рада!

    21 февраля, 1947 год
    8 часов утра. Председатель избирательной комиссии Некрасов Павел Аверьянович объявил начало голосования. Заиграла музыка (пластинка с патефона). Стало совсем весело и празднично. К 11 часам дня проголосовало около 50 % населения станицы. Многие избиратели уехали за пределы района по открепительным талонам. В 20 часов по Московскому времени вскрыли урны и начался подсчет голосов. Испорченных бюллетеней не оказалось.

    22 февраля, 1947 год
    К утру все документы были подписаны комиссией. Два ответственных человека от райкома партии вылетели в Ростов с документами по выборам. Уставшие, но довольные своей работой, вся комиссия отправилась по домам отдыхать.
    В марте месяце первая сессия депутатов местного Совета, где должны вручать удостоверения об избрании.
    Жизнь бурлит, забывается время, прожитое в военное лихолетье. Все станичники налаживают свой быт. Некоторые из них вернулись на свою родину, уезжали из мест насиженных, искали лучшую жизнь в послевоенное время.
    В моей семье никаких изменений. Одно единственное тревожит - болезнь мамы. Вся ее болезнь – это потеря единственного сына в войну.
    Сестра Нина ежемесячно в командировках. Алик учится во втором классе – самый любимый мой племянник из четырех мальчиков, они до сих пор называют меня «Наша няня». Дети невестки Марии: Виктор, Геннадий, Александр. Вышли из войны очень болезненные, их необходимо было поддерживать хорошим питанием, но в наших семьях весь харч на исходе. Одна мечта скорее дожить до теплой весны.

    28 февраля, 1947 год
    Сестра Пана после трехмесячной учебы в Москве в ВШП (Высшая партийная школа) заехала погостить на родину сроком на 5 дней. Возмужавшая 35-летняя дама соединила себя только с партией. Уже свыклась со своей судьбой, после гибели на фронте мужа Леонида. Цель приезда на родину – увести маму в Хабаровск на постоянное место жительство. Но мама категорически отказалась по одной единственной причине – из-за меня. Так и сказала: «Пока моя младшая дочь не будет уверенно определена в жизни, на поездку не решусь».

    11 марта, 1947 год.
    Со слезами провожали Пану, многие родственники, у которых было еще довоенное авто, решили сопровождать ее до станции.
    В одном из московских поездов, следовавших Москва – Хабаровск, куда села Пана, ехал один из попутчиков, тоже до Хабаровска. Купе на 4-х человек, произошло знакомство. Оказывается, ехал на партийную работу, направленный Москвой, Шитиков Алексей Павлович, 36 лет от роду. Ехал в Хабаровский Крайком партии, где работала Пана. Произошло знакомство. Разве не СУДЬБА?! У Алексея Павловича погибла жена в 1942 году в блокадном Ленинграде. Остались, чудом, живы мать и дочь. Они жили в Питере. Через полгода поженились с Панной, хотя когда-то сестра давала обет никогда не выходить больше замуж. Но чувства взяли верх!

    Прекрасное время – весна! А на Дону она особенная: степи, бескрайняя гладь с множеством буераков (окопов), оставшиеся еще со времен гражданской войны. Украшением этих мест служат тюльпаны, их так много, и они повсюду. А ведь почва на донской земле песчаная – солончак. Разлившаяся река после половодья снова разрушили мост, доселе еще полностью не восстановленный. Мост снесло ледоходом весной в 1939 году, а построен он был еще при Николае II. Строила зажиточная семья богатого и умного помещика – специалиста по строительству мостовых сооружений во всей Ростовской области. Фамилия его уже почти забылась – не то Павловский, не то Петровский… Позднее силами местного населения была построена кладочка с перилами для пешеходов для того, чтобы перейти эту многоводную реку Амту и попасть в центр станицы.
    Весна идет, весне дорогу… Самый разгар в поле. С очень большой осторожностью работает техника, пришедшая из Америки. Не все еще поля до конца разминированы, донская земля сплошь и рядом напичкана фугасами. Очень много детей из разных семей поплатились жизнью или остались инвалидами из-за своего детского любопытства. Страшное зрелище – видеть детей разорванных в клочья. Огромное горе для родителей, которое останется на всю жизнь. В добавок, во многих этих семьях отцы не вернулись с фронта, а тут еще и погибли дети.
    Штаты также откликнулись помочь семенами, и многое другое поступало оттуда. Все население надеялось на большой урожай. Одно желание было у всех – накушаться до сыта хлеба, приобрести наряды и все необходимое, так как в войну за кусок хлеба отдали все.

    22 марта, 1947 год
    Первая сессия депутатов местных советов. Председатель райисполкома Холодяжной И. И. внес свои предложения о распределении должностей при Сельском совете. Выставкин Р. М. – председатель. Мою кандидатуру внесли на должность секретаря и по работе с бюджетом. Обязательные требования – человек должен быть членом партии со стажем, от комсомола – член Бюро райкома.

    26 марта, 1947 год
    Поездка в Ростов с председателем Совета на инструктаж. В мои обязанности входило приобретение бланков строгой отчетности и всякого другого инвентаря для других отделов. На местах у нас этого купить было нельзя. Я была очень рада этой поездке. Ростов! Моя дорогая столица! Лежишь ты еще весь в развалинах. Убраны только мостовые. Посещая знаменитый ростовский рынок «Барахолка», расположенный по улице 8-е Марта, наконец-то получила возможность многое купить. Перед поездкой выдали командировочные и зарплату – гуляй, не хочу… «Барахолка» в большинстве из евреев, у них еще довоенный ассортимент всяких тряпок и обуви. Глаза разбегаются от изобилия и пестроты. Евреи любят договариваться, войти в доверие, тогда от них уйдешь с баулом очень ценного тряпья по сниженной цене.
    На ростовской барахолке «ухо надо держать остро», ибо кроме приобретения можно и потерять все купленное. Приезжим еще незнакомы приемы воровской шайки «Черная кошка». Собираются группами на рынке и кричат во все горло: «Кому отраву от клопов, кому отраву от клопов?». И так несколько раз. Или кричат обманную шутку: «Смотрите! Смотрите! Человек с колокольни падает!». А рядом действительно была старинная разрушенная церковь. Вот такими злыми шутками отвлекали зевак. Чуть отвлечешься, и купленного товара нет или твоего ридикюля. Милиция на рынке появлялась изредка. «Черная кошка» наносили ростовчанам такие беды, что поздно вечером на улицах было безлюдно, народ исчезал. Кроме трамваев и машин никого не увидишь. Под каким только видом эта банда не проникала в квартиры, в коридоры, в подвалы…Многие люди верили и открывали двери, веря что это в действительности их родные или знакомые, узнав по голосу.
    Однажды, будучи в командировке с работником ветлечебницы, мы попали в такой рисковый случай – потом полдня смеялись. Двое парней поздно вечером остановили нас на проспекте Семашко, с нами был небольшой чемодан, они заставили нас его открыть. Увидев бутылки, колбы, спросили: «Что это?». Мы ответили: «Это сперма баранов для возрождения тонкорунных овец белой австралийской породы». «А мы тоже бараны!» - ответили они, попросили прощенья и смылись. Кто они, мы так и не узнали.
    «Черная кошка» просуществовала в Ростове до 1951 года, растворившись без суда и следствия. Ростовчане с облегчением вздохнули.

    Будучи еще в Ростове, я узнала о семье Гольдберг. Они выехали на постоянное место жительство на Кавказ, поближе к источникам и ваннам. Леночка с сыном живет в Ессентуках, работает в одном из санаториев. Исаак Ефимович лечится там же. Об этом мне рассказала соседка Гольдбергов по этажу.

    Апрель, 1947 год
    Объявили сельский субботник в станице силами общественности и организаций. После зимы станица должна приобрести надлежащий вид. Активно откликнулось все население. Высажены в газоны цветы, привезенные из питомника, посажены в парке молодые деревья и сразу же их побелили. Привели волейбольную площадку в надлежащий вид – детище нашей инициативы с Изой Холодяжной, построенной в конце 1945 года. Играем в волейбол редко, не тот уже возраст, да и других дел достаточно. Зато для молодежи большая радость. Спорт и до войны всегда очень любили. Дружба с Изой у нас давняя, заботы общие и увлеченья тоже. Особенно, любим посидеть в районной библиотеке. Часто вспоминаем, как в 1941 году перед самым приходом немцев в станицу, прятали книги под пол здания библиотеки. Книги хорошо сохранились и уцелели, ни одной испорченной. Часто об этом упоминала Сара Федоровна, секретарь комсомола.

    21 апреля, 1947 год
    Началась регулярная учеба секретарей первичных организаций Райкома комсомола по изучению биографии И. В. Сталина. Прекрасный зал в парткабинете, где идет учеба. До начала занятий играет мелодичная музыка из пластинок патефона. Особенно с удовольствием слушали Л. О. Утесова. А потом вечерний сеанс кино – это отдых. Последнее время даже домашние стали замечать мое долгое отсутствие. Постоянно спрашивают: «Все так работают или ты одна?». Я отмалчивалась.

    24 апреля, 1947 год
    Пришло долгожданное письмо от Димы Королева. Служит в Риге. Получил новое звание майора. Мучается, но живет с женой Тасей, ради дочери, совсем еще малышки. У Таси шизофрения – это неизлечимая болезнь. Мне его очень жаль, ведь наше детство прошло вместе в нашей семье. До 1941 года отец Димы – Константин Гаврилович Королев отсидел пять лет в тюрьме за то, что служил батюшке царю в чине кадета. В их семье было 7 детей. Дядя Константина был грамотным человеком, если считать в то время церковно-приходскую школу как источник грамотности, поэтому занимал неплохие должности в 30-е годы. Часто рассказывал, что дед Гавриил был тоже грамотен в науках.

    2 мая, 1947 год
    Начались майские праздники. 1 и 2 мая гуляла вся станица, благо погода позволяла. Многие уже искупались в реке. Температура воздуха 18-25 С.

    9 Мая, 1947 год
    Великий День победы! Гулянья всюду, веселится весь народ. Но и слез никто не скрывал. Только в нашей станице 40 % мужчин не вернулись с войны. В нашей семье долго будут оплакивать единственного сына, отца, брата.
    В новом выстроенном кафе «Заходите» первые места заняли фронтовики, среди них много инвалидов. Встреча была почти траурной. Плачут все, даже молодые ветераны. Крепко обнимаются, целуются и поздравляют, поздравляют. Орденоносцы свои медали и ордена начистили до блеска. Тыловики, в том числе и я с подружками сидели на почетных местах, сдабривали пережитое в войну горе военными песнями. И все требовали, крича нам: «Давайте «Катюшу!».

    16 мая 1947 год
    В ДК состоялось торжественное собрание по поводу вручения удостоверений и наград участникам Великой отечественной войны 1941 – 1945 гг. в тылу. Заместитель председателя райисполкома Гнатюков И. В. Дал большую оценку всем труженикам тыла. Зачитал указ президиума Верховного Совета СССР от 6 июня 1945 года. Мое удостоверение АН-451871. Стоя у трибуны, изрядно волнуясь, сказала слова благодарности товарищу Сталину, партии и правительству.
    - Спасибо большое всем, кто наш скромный труд в годы войны оценил так высоко! Спасибо Родине-победительнице!
    Среди других награжденных сидела и я в почетном президиуме собрания. Первая моя большая награда в жизни. Горжусь безмерно!
    Моя семья и близкие друзья так искренне поздравляли меня. Сестра Нина была чрезмерно удивлена и высказала свое мнение так: «Я не меньше трудилась в тылу, но меня не заметили». Разглядывая мою медаль, прослезилась.

    Июнь, 1947 год
    Наступило время летнего солнцестояния и, как правило, наступает отвратительная погода – засуха. Начинает трескаться почва, пропадает все живое. И вдруг пошли проливные дожди с грозами, иногда даже с градом. Этот град нанес большой урон посевам, садам, огородам. Кубанская пшеница побита на корне. А значит, голод неминуем. Начальство района в панике. Не успели еще толком опомнится от военного лихолетья, подоспела другая беда. В семье тоже горе – слегла в постель мама. Безусловно, все эти праздники она перенесла со своим незабываемым горем – потерей единственного сына с того самого дня, когда получила извещение о пропаже его без вести. 55-летняя женщина изменилась до неузнаваемости.
    Сестра Нина уехала на весь сезон в ближайшие районы. Она, как опытный приемщик шерсти тонкорунных овец, должна на месте определять сорт и качество. Ленка – порода шерсти австралийских овец. И она знала толк в этой ценнейшей сортности, одновременно приравнивалось к золоту. Брак этой шерсти на экспорт не годился.
    У меня много работы, кроме производственной еще и общественная, которую привыкла выполнять, невзирая на время и занятость. Дома какое-то запустение. Только мой дорогой Алик по-взрослому ухаживает за своей любимой бабушкой и помогает по хозяйству, прислушиваясь к бабушкиным советам. Какое это чудное дитя! У него даже нет друзей, все свободное время читает. Я, по возможности, всегда приношу ему книги из библиотеки.
    Алик никогда, имея уже возраст 10 лет, не напомнил об отце. Это я ему все рассказала, он принял это по-детски. Но все же спросил: «У меня никогда не будет больше папы?». «Ну почему, конечно будет, только нужно подрасти», - ответила я, иначе как можно было успокоить любимого племянника.
    Станичники решили своими силами помогать в выходные дни, выезжая на поля, сплоченность была огромной. Коммунисты и комсомол впереди всех, подавая пример. В организованных на спех вагончиках и палатках многие оставались на ночь.
    Лето в этом году было очень жарким, после обильных дождей установилась отличная погода. Температура воздуха доходила до 18-30 С. Рядом река Джурак. Мужчины любили при луне рыбачить. Линь – самая вкусная рыба, шла только ночью. Женщина шли на плес купаться. Мне, как бывшему селькору, попросили написать статью в газету «Восход» о тружениках станицы, об их труде и отдыхе. Статья попала в газету, почти не измененная редактором. За статью получила скромный гонорар – 4 руб.

    23 июня 1947 год
    Печальная страничка. В станицу приезжает отец Алика – Соловьев Аркадий Кириллович из Магадана. Приехал с семьей из 3-х человек: жена и двое сыновей. Вернулся на родину спустя 12 лет.
    Немного истории. Аркадий ушел в Красную армию в ноябре 1935 года. Алик (сын Нины и Аркадия) родился 7 января 1936 года. Сначала Аркадий служил на Дальнем Востоке в Советской Гавани. После службы 3-х лет по вербовке уехал в Магадан на стройку, сроком на три года. 1939 год – шли письма и переводы, приглашения приехать к нему с сыном. Но Нина все медлила с ответом. В скором времени был прислан Литер для бесплатного проезда до Хабаровска. Там будет встречать надежный человек из органов. В то время Аркадий уже работал в системе НКВД. Нина боялась длительного расставания, сыну Алику 3,5 года, расстояние огромное. Нина никуда не выезжала дальше Ростова и этот Магадан казался ей концом света. Аркадий в письмах не скрывал обстановку в Магадане… Город состоял из одних заключенных и вечной мерзлоты. По этапу идут эшелоны заключенных в не «столь отдаленные места». Граждане многонациональной великой страны СССР. Чуть провинившись и ты уже в Магадане. Если в войну народ шел в бой с именем Сталина и за Родину, то теперь шлет проклятия своему «кумиру». Сталина боялись все, поэтому и порядки во всей стране были изуверские.
    Итак, всей семьей и многочисленными родственниками с дугой стороны, решили так: «Если ему нужна семья, то в обязательном порядке Аркадий должен приехать лично». Была отправлена срочная телеграмма. Ответ пришел незамедлительно: «Выехать не могу, причину укажу в письме». И…все, переписка оборвалась до самого его возвращения. Шли только переводы для сына. После мы догадывались о его женитьбе.

    Теперь о встрече с сыном. 23 июня, раннее утро, пришла за Аликом мать Аркадия. Алик долго сопротивлялся, плакал и повторял: «Я его не знаю и боюсь! Пусть отец сам ко мне придет». Такие слова растрогали всю семью, силой уговорили встретиться с отцом. Прошло много времени, наконец, Алик появился. Радостный и счастливый, с ворохом всевозможных подарков и приличной суммой денег. На нем была новенькая школьная форма, портфель набитый всякой снедью и дорогими подарками, купленными в Москве. Алик так рассказывал об отце, будто знал его с самого детства. «Вы тут плачете, а я радуюсь!» - кричал он, «у меня есть отец и два брата! На папу я очень похож».
    Вот такая драматическая встреча двух близких людей. Для нашей семьи Аркадий был любимым зятем. Я лично называла его «братишкой».
    Вернулся Аркадий из Магадана богатейшим человеком. Все годы работал в органах НКВД. Несмотря на жестокость сталинского режима, он остался порядочным человеком. В станице Аркадий купил добротный дом, зажил с семьей богато и счастливо. На тот момент ему было 34 года. Энергия прет из всех мускулов. Молод и красив. Райком партии предоставил ему престижную работу – заведует всей торговлей. Спустя время, Аркадий посетил нашу семью. Нина была в командировке. О ней он так сказал: «Не каждая женщина согласится поехать в Магадан. Это же исчадие зла и ада! Долго еще этот край будет пугать людей». Моя мама, которая любила Аркадия, как своего сына, простила ему все. А он по-мужски честно сказал: «Поздно! Изменить уже ничего нельзя. У меня два сына, я их люблю также как и Алика, и буду помогать до совершеннолетия. Горжусь, у меня три сына!». Встреча с Ниной состоялась благодаря мне. Судя по ее разговору, она очень жалела, что не смогла поехать к нему.

    Август, 1947 год
    Убран скудный урожай зерновых, на плантациях собрано большое количество овощей. В государственные закрома много поступило кубанской пшеницы. По другим поставкам план полностью выполнен.
    У нас в большом саду уродилось такое количество фруктов, что даже пришлось продавать и обменивать на другие продукты первой необходимости. В первую очередь – заготовить керосин, так как до сих пор население готовило на керогазах и примусах. Также побольше купить дров и угля. Зима уже не за горами. У приезжих с Кубани и Краснодара – достать кое-какое продовольствие: крупу, муку… В наших местах этого еще не достать.

    2 сентября 1947 год
    Уже дышит осенью, но лето еще не закончилось. Погода стоит прекрасная. Сезон дождей наступит ближе к октябрю.
    Совсем неожиданно получаю письмо из Германии от Васлана. Стремление у него одно – поскорее перевестись в Союз. С ответом не спешу.
    Командировка в Ростов. Снова ЦСУ (центральный статучет). Со мной поехал ответственный человек из Райисполкома И. Медведев. Точно не знаю цель поездки, но догадываюсь, как и он. Слухи ходят, но никто не верит, особенно состоятельные люди со своей казной.

    11 сентября 1947 год
    Тетушка Софья (мамина сестра) привезла из госпиталя Москвы своего мужа, который с 1943 года находился на лечении после тяжелейшего ранения. Лечили самые лучшие врачи, но увы. Несколько пластических операций, очень сложных, лицо изуродовано до неузнаваемости. Остался инвалидом 1 степени. Миной снесло всю лицевую часть: нет глаз, рта, носа. Вместо всего живого – протезы. Бинты закрывают когда-то очень красивое лицо дорогого нам дяди Кравцова Григория Яковлевича. Ему 44 года. Был самый добрый и симпатичный казак на Дону. До войны заведовал всей кооперацией, так называли до войны всю торговую сеть. Тетушка Софья смирилась со своим неописуемым горем. Год провела с ним в Москве, ухаживала за ним сама в госпитале. В станице райком партии выделил им 2-х комнатную квартиру, отремонтированную после бомбежек. Определена высокая пенсия.
    Моя дорогая и любимая тетушка уже не такая красавица, как раньше. Изменилась во всем, прежде слыла красивой среди сестер семейства Королевых, а их было пять. Соня – самая младшая. У них с дядей Гришей было семь детей. Старшие уже ушли из семьи, остались только трое несовершеннолетних. Дядя Гриша очень любил свою большую семью и меня наравне с ними. Помню, он однажды спросил меня по приезду из госпиталя: «Лена, Соня по-прежнему красива, как раньше?». После того, как отец ушел из семьи, а 30-е годы были очень тяжелые, дядя Гриша во всем помогал нашей семье, вплоть до начала войны.
    Два года прошло после войны, а жизнь почти не изменилась. Карточная система никак не могла вывести страну из затруднительного положения. По-прежнему прилавки магазинов пусты, а если и появляется какой-нибудь товар, его невозможно купить простому человеку. Дороговизна! Сравнима с военным временем. Высокое начальство кормится с «Закрытых магазинов» - так называли торговую сеть негласно торгующих.
    Многих, в том числе и меня, Райком комсомола прикрепил к этим «тайным точкам», как в шутку называли многие обиженные. Это конечно сыграло благую роль для нашей семьи. Появилась возможность отоварить карточки, если что-то оставалось после высоких чинов. В моей семье поднялся дух «Зажиточности».
    Нина уехала в длительную командировку (умышленно), чтобы не встречаться с Аркадием. Мама никак не может выкарабкаться после приезда и посещения зятя, помощи от нее нет… На мои маленькие плечи легло все наше небольшое хозяйство. Благодаря помощи Алика справляюсь. Он старается часто видеться с отцом и своими братьями. Иногда не приходит на ночь. На мои замечания отвечает молчанием.
    Наступило бабье лето, ночи стали прохладными. А в жизни, как в природе – одно уныние и тоска. Осенние дни становятся короткими, настает пора дождей. Пришла пора резиновой обуви, а она в большом дефиците. Купить можно только в Ростове. Уезжаю по району для составления сметы на 1948 год по школам и детским учреждениям. Райфинотдел обязал предоставить данные до 1 октября. Работа приносит мне радость, считаю ее желанной. Но кроме всего прочего, я – женщина, и мне не чужды душевные переживания. В голову с завидным постоянством приходят мысли о том далеком времени общения с Кириллом, времени, в котором я была счастлива. Но чувства не стареют, надежда – мой лучший спутник. Я жду… Кажется иногда, вот подойду к почтовому ящику и вытащу долгожданное письмо. Мечты, мечты. Как жаль, что они не всегда сбываются.

    12 октября 1947 год
    Получила письмо от Шурочки, вернулась из Монголии, с мужем развелась, детей нет. Подробно спрашивает о Кирилле. Заметила: «Оба сердца бьются в унисон, два сердца ведут схватку в открытую…» Я ей ответила, что веду розыски и его, и брата Михаила, что жду ответа из Москвы.
    Осень уже вступила в свои права, начались первые заморозки. Дуют холодные астраханские ветра, самые неприятные в природе нашего края.
    На совещании в Райисполкоме нам сообщили, что наш Амтинский район занесен на доску почета за досрочное выполнение всех взятых обязательств в 1947 году. Телеграмму из Ростовского Обкома партии зачитал Холодяжный - председатель Райисполкома.

    19 ноября, 1947 год
    Пришло письмо от Паны из Хабаровска. У нее родился сын, назвала Павел, в честь деда - отца Алексея Павловича. Сообщила, что Москва направляет Шитикова на работу в Камчатский Обком партии первым секретарем. Пана временно не работает, находится в декретном отпуске.

    23 ноября, 1947 год
    Самая близкая из моих подруг Вера К. выходит замуж. Я выставила свой протест ей еще тогда, когда он был только списан из рядов Советской Армии по причине заболевания туберкулезом. Ей также давали советы ответственные знакомые и родственники. Конечно, много погибло парней нашего возраста и мы – молодые 20-летние девушки спешили найти своего спутника жизни для создания семьи. Но увы, даже самая опасная болезнь (открытая форма чахотки) оказалась преодолимой. Слава Богу! Я избежала присутствия на свадьбе, меня отправили на станцию Дубовая для сверки счетов и отправки грузов. Поздравительную открытку отправила почтой.

    20 декабря, 1947 год
    10 часов утра
    Кабинет председателя Райисполкома товарища Холодяжного. Весь коллектив счетных работников станицы в количестве 107 человек. Терпеливо ожидали государственного известия из Москвы. Гробовое молчание продолжалось недолго. Чей-то голос произнес: «Чего ждем?». Председатель Исполкома ответил: «Ждем известий из Москвы». Радио заговорило ровно в 12 часов дня. Москва сообщила о Денежной Реформе в стране, которая продлится до 27 декабря сего года. После получения командировочных удостоверений, всей группе объяснили следующее:
    1. Обмен всей валюты советских денег у населения, предприятий и банках на всей территории Союза;
    2. Ликвидировать сеть закрытых магазинов и хлебные карточки;
    3. Свободная продажа всех видов товаров по новому курсу в стране.

    В 16 часов комиссия обменного пункта должна направиться по месту обмена, указанному в удостоверениях на свой пункт. Комиссия из 5-ти человек: начальник обменного пункта, старший кассир, кассир, два милиционера. Один из милиционеров должен сопровождать выручку с кассиров в банк. Старые деньги покупюрно должны были быть обязательно упакованы в банковские мешки с сургучной печатью. Отправка денег производилась только в дневное время. Мне, как начальнику обменного пункта было указание с комиссией ехать в село Торговое, раньше это поселение именовалось Загиста, принадлежало когда-то калмыкам.
    Немного истории (из рассказа моей мамы). Через Загисту проходил шелковый путь, а также и в Калмыкию и в Среднюю Азию. В Загисте родилась моя мама в 1890 году. Само название просуществовало до 1918 года. Теперь это селение носит новое название - Торговое, с советским укладом жизни. Семья Королевых переехала в станицу Амтинскую, когда маме было 11 лет. Потом маму в возрасте 14 лет отдали в услуженье к священнику в г.Астрахань. Когда маме исполнилось 16 лет священник решил отправить ее обратно в семью. Причиной послужило следующее: из Петербурга приехал сын 21 года от роду, на побывку в семью и он стал якобы ухаживать за мамой. Священник очень ревниво к этому отнесся и первым же рейсом парохода отправил маму со своим лакеем до города Царицына. Дальше до станции Котельниково мама добиралась с попутчиками. На пароходе лакей купил маме открытку с изображением этого 2-ярусного парохода. Она у нас всегда висела в зале и мы этим гордились. Обо всем этом, что касалось моей мамы, я не могла не написать.

    21 – 23 декабря, 1947 год
    Продолжаю об обмене денег в селе Торговое. Люди шли очень активно, поэтому обмен закончила в течении 2-х дней, так как в селе всего 196 дворов. Многие обменивали в два приема, боялись отдавать все деньги сразу. Второй мой обменный пункт бал в райцентре, станица Амтинская. Место обмена – почтовое отделение связи № 2.
    Первым пришел и принес свои сбережения поп, отец Молчанов Н. С. Сумма оказалась большая. Среди них были и Советские деньги, и Екатерининские царской чеканки. Последние не подлежали обмену. Молчанов обиделся и сказал: «Буду хранить их, как воспоминание о прошлой жизни при царе батюшке!». 26 декабря ближе к вечеру на обмен принесла деньги сестра Васлана Татьяна. Сумма оказалась приличная из нескольких нулей. Она же мне и сообщила о приезде брата. До закрытия пункта оставалось 2 часа, когда в дверях показался «Он». В новенькой военной форме с улыбкой и поклоном для всей комиссии. После он рассказывал, что специально послал сестру на разведку и обмена денег, а сам остался на улице – проверить обстановку для встречи со мной. Заметив мое нерадостное расположение, сник.
    Шли почти молча, разговор не получался, вопросы в тему не появлялись. «Я много времени потратил на путь домой, добираясь из Берлина, поэтому отпуск будет короткий. Так что, решай Елена», - сказал он мне. Потом спросил: «От Кирилла есть письма?». Я покачала головой и сказала: «Поговорим обо всем более подробно после того, как я закончу с обменом денег и отчитаюсь о проделанной работе комиссии».

    27 декабря, 1947 год
    Закончился обмен денег в стране. Сбережения моей семьи составили всего 30 рэ. (красная тридцатка нашего Совдепа).

    28 декабря, 1947 год
    Собрались все участвовавшие в обмене денег в кабинете Холодяжного. Он объявил всем благодарность за успешную и ответственную работу. Выдали всем по 50 рублей новыми деньгами. На пекарне без денег выдали по 2 буханки белого хлеба, что было дороже всего на свете. Дали всей комиссии двухдневный отпуск.

    29 декабря, 1947
    Снова встреча, притом настоятельная, с Васланом. Он прибыл из Берлина, сроком на 2 месяца, потом опять в Германию. Его часть расположена в самой разбитой части германской столицы. Он не просто приехал в отпуск, он прикочевал со всем своим немецким барахлом – так примерно говорили все его родственники и семья.
    Офицерам и всему низшему составу нашей армии разрешалось провести 60 кг вещей и более, если на границе не очень бдительная проверка. Был специально указ высшего комсостава Армии о вывозе необходимых товаров в СССР. Следуя тому, что немцами в Германию вывезено гораздо больше.
    С первых наших встреч Васлан приносил подарки от которых разбегались глаза. Особенно золотые часы швейцарской марки (и не одни). До этого я никогда не видела подобное. Опуская глаза, все это принимала… Зависть была большая, и сделала свое дело… Ведь наша семья лишилась всего, что было нажито за все годы жизни. Продавали все, только, чтобы не умереть с голода. А тут такая роскошь! Васлан знал, чем меня купить, поэтому торопился одеть меня и обуть. Его цель была ясна - так скорее забуду Кирилла. Требовал показать его письма.
    Вот так и началась измена совести продажа чувств в обмен на заграничные тряпки. Вся его семья подключилась ему на помощь. Его мама Фима с утра до вечера крутила довоенные патефонные пластинки, стерла все иголки, а купить было негде. К счастью достал дядя Афанасий целую коробку иголок. Она очень любила Утесова, говорила всегда с юморком. Мама Фима была радостной и приветливой, а ведь многие ее знали суровой женщиной. Это состояние радости она объясняла тем, что ее любимый сын не привез жену-немку.

    Январь, 1948 год.
    Отметив скромно встречу Нового года, Васлан настоятельно приглашал пойти в ЗАГС, хотя заранее мы оговаривали этот вопрос. У него на руках из документов только открепительный Литер, по которому брак никто не зарегистрирует. И он это знал лучше других. Заведующий ЗАГСом спросила его: «Как вы думаете, куда я вам штамп о браке поставлю?». И не приняла его скромный подарок.
    Дядя Афанасий, который прожил со своей женой в гражданском браке всю жизнь, сказал Васлану: «Что же ты так долго уговариваешь свою девушку? Это на тебя не похоже! Четыре года воевал, брал крепости и Берлин, а перед своей невестой сник? Ты же с Розой Марковной до войны жил в гражданском браке? Вот предложи и сейчас такой вариант. Приедешь в Союз – оформите брак». На тот момент ни один ЗАГС не мог вести регистрацию без основного документа паспорта. У военного человека на руках тогда были только военный билет и литер , где было указано место назначения и часть, в которой служит. В оправдание Васлан сказал, что, мол, в Германии половина населения живет в гражданском браке. Обе матери согласились. Жить решили до его отъезда в часть, в нашей семье, так как у нас более просторная жилплощадь.
    Я никак не могла свыкнуться с постигшей меня ситуацией, в душе укралось предательство, одна, наедине сама с собой, укрывшись от всех, обвиняю только себя. Но ведь судьбу Кирилла я не знаю. Что с ним? Где он? Жив ли? Я просто теряю самообладание. Чту его хорошую и светлую память, надеюсь на то, что жив. Другие больше потеряли… Будем считать, что это судьба.

    P. S. Это только для меня, в душе я буду ждать его всю жизнь.

    Васлан уверял, что скоро будет переведен из Германии в Союз, как офицер младшего состава. Его дядя собрал всех родственников, чтобы ближе познакомиться семьями. Работал дядя в районной больнице, заведовал всем хозяйством, был доступ у него и к горячительным напиткам (спирту). В магазинах пока не было никаких вин, водки. Подвыпивший дядя заверил всех, что по возвращению племянника из Германии, отыграем настоящую свадьбу. Мама Фима была недовольна, все сидела и кивала головой. Непонятно, что обозначал, сей знак. Итак, потянулись мрачные дни нашей совместной жизни…

    Однажды мама Фима ушла к старшей дочери, попросив нас остаться на ночь в ее квартире. Не знала его бедная мать, на что она нас «обрекла». Васлан предложил мне свой обширный альбом в красивом переплете с фотографиями и открытками. Мой взгляд остановился на фото девочки. Снимок снят во весь рост, возраст девочки примерно 1,5 года. Прочла на обороте фотографии надпись на ломаном русском языке «Папа от Элизы». Подпись сделана взрослой рукой. Такого точного экземпляра я не ожидала! Копия! Ко-пия!
    «Это мой ребенок», - тихо сказал Васлан. «Так получилось. Командование об этом не знает, кроме моего адъютанта и двух близких мне офицеров». Я приняла все услышанное равнодушно, лишь поподробнее попросила его мне все рассказать.
    На утро явилась мама Фима, увидев разбросанные фотографии, бросилась в атаку на защиту сына. Можно подумать, будто всему этому была свидетелем. «Война натворила таких бед! У каждого солдата жизнь висела на волоске, счет на жизнь шел не сутками, а минутами. Он же ведь мужчина!» - это были ее слова.

    О Марте – матери Элизы.
    Знакомство произошло в Дрездене, где шли ожесточенные бои. Воинская часть Васлана стояла в этом городе. Марта помогала советским солдатам, она была на нашей стороне. Марта – дочь коммуниста партии Тельмана. Ее родители находились в подполье под Берлином. В отношении «прижитого» ребенка от советского офицера родители ничего не имели. «Пройти такую мясорубку и остаться в живых – дорогого стоит», - сказал отец Марты. Это со слов Васлана.
    И еще одно откровение. Васлан встретил Розу Марковну в Берлине – свою гражданскую жену 1939-1940 гг. Муж Розы Марковны, тоже немец, с которым сбежали, когда наша станица была под оккупацией в 1942 году. Потом он сдался нашим войскам и воевал против Гитлера.

    После нашего откровенного разговора Васлан сказал: «Как видишь, я ничего от тебя не скрываю, ни прошлого, ни настоящего, виновато оправдываясь». «Я тоже ничего не скрываю и открыто выражаю свои чувства к Кириллу…», - ответила я, и потом добавила «Нам обоим нет смысла притворяться. Ты скоро уедешь и все станет на свои места». «И что это за места, хотел бы я знать?» - спросил Васлан. «Перемена мест. Уеду на Дальний Восток, к сестре», - ответила я, «вот только дождусь ответа из Москвы». Я послала запрос во Всесоюзный розыск пропавших без вести во время войны, запрос делала о брате Михаиле и Кирилле. Но пока тишина… Ненавижу почтовый ящик, всегда пуст. И эта затея о перемене мест вполне осуществима.

    «Знаешь, Елена, почему молчит Кирилл? Он же разведчик! Было время писал, а теперь значит нельзя. Я его знал по работе в военкомате еще в довоенное время».
    Моя мама рассуждала так: «Твой гражданский муж пусть возвращается к Марте, ведь там у него дочь». Безусловно обоим матерям было небезразлично, что будет с их детьми в сложившейся обстановке. После того, как мы честно и открыто объяснились с Васланом, у меня стало на душе легко и празднично. Васлан просил только об одном: «Не рубить с плеча! Мой приезд в Союз состоится через год, возможно раньше».

    27 февраля, 1948 год.
    Идем с Васланом в военкомат. Он должен сняться с воинского учета для отъезда в Германию. За одной из стоек слышу нескрываемый шепоток сотрудниц отдела: «Продалась за «тряпки и фильдеперсовые чулки, душу дьяволу отдала и Кирилла своего забыла. Оказалась не долгой память…»
    Иронически улыбнувшись, я тоже произнесла: «Еще как продала душу!».
    Васлан сказал: «В таких случаях надо промолчать, ты же видишь, они завидуют тебе».
    «Что заслужили, то и получила», - ответила я.

    продолжение
    Категория: Общая история | Просмотров: 357 | Добавил: Eltara | Рейтинг: 5.0/1
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Неделя Японии 1946 года Армии.
    1
    2
    3
    4
    5
    6
    7
    8
    9
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26

    Архангел МихаилВойна на НебеОбстрелКак погибла СпартаГеоргий Победоносец

    Copyright Сандра Римская © 2013 - 2022